Советская история – не только полоса мрака, но и яркая эпопея Сопротивления. В жестокие ленинско-сталинские времена поднимались Белое движение, Зеленое повстанчество, Лесные братья, лагерные восстания. Но продолжалась борьба и в "благополучные" хрущевско-брежневские годы. И об этом широкой публике известно, к сожалению, гораздо меньше.
8145 человек политически репрессированы за треть века между Сталиным и Горбачевым. Из них лишь около четверти были диссидентами-правозащитниками. Подавляющее большинство – народная крамола. Просто люди. Мужики и тетки, парни и девушки. Драки с карателями. Антисоветские листовки. "Бей коммунистов! Отомстим! Дави советскую власть!"
1954 год: крупнейшее лагерное восстание – Кенгир. По всей стране – "хулиганские оккупации". Рабочая и безработная молодежь мстит за ментовской беспредел. К пацанве присоединяются обычные граждане. Костоломные отделы милиции тут и там попадают в осаду.
Символичная дата 9 января – 1956 год, новороссийцы громят милицию и госбанк. Властям приходится вызывать внутренние войска МВД (предшественников нынешней "Росгвардии"). Кровь и смерть. Но только после Кенгира и Новороссийска стал возможен XX съезд. Иначе не было бы шестидесятнической оттепели. Об этом стоило бы помнить нынешним "оппозиционным политикам".
Тот же 1956-й, но уже осень. Работяги Донбасса в том самом Славянске громят милицию и бьют партийно-комсомольских секретарей. Это дни Венгерского восстания: "Устроим второй Будапешт!"
1959 год – бунтуют целинники в Темиртау. Свалка с милицией, погром, вызов войск, перестрелка, снова кровь. Девять осужденных – от братков до комсомольцев.
1961 год. Антимилицейский бунт в Краснодаре, нападение на крайком. Через полгода в Муроме разгромлены горотдел МВД и горуправление КГБ. Трое расстрелянных. Ответ – бунт в Александрове: "Отомстим за муромлян!" Поджог горотдела, побоище с войсками. Четыре расстрела, пять пятнадцатилетних сроков. Вот что значит: своих не бросаем.
1962 год – Новочеркасск. Несколько дней рабочего протеста. Атака на МВД, КГБ и горком. Город во власти бунта, на грани вооруженного восстания. Прибывает регулярная армия. Десятки убитых. Семеро расстрелянных.
Поднимались уличные бунты и в самый "благостный застой". Но КГБ научился профилактировать, а власти вразумились с нужными уступками.
Минимум два молодежных бунта в русских регионах пришлись на перестройку. Это бы помнить, а не только горбачевские съезды-разъезды. Лето 1988 года. Тамбовский Моршанск. Уральский Алапаевск. За милицейское хамство на танцплощадке моршанцы громят горотдел. Алапаевцы на городском празднике отбивают задержанного. Вызывается ОМОН. Тут и там по одному убитому. Несколько человек под судом.
Власти сводят произошедшее к "хулиганству", но КГБ начеку: "антисоветские проявления". Слишком быстро загремело над толпой все то же: "Бей коммунистов!" Двинься перестройка этим путем – иной бы стала Россия.
Противостояние народа и власти определялось произволом верхов, бесправием и нуждой низов. Но триггером советского бунта чаще всего становилось уличное или базарное задержание человека милицией. Задержанного начинали отбивать. Срабатывало социальное достоинство: не будь терпилой, можешь помочь – помогай! И даже революционная романтика. Тогдашняя режимная пропаганда бессознательно формировала могильщиков режима.
Гнев стремительно разворачивался по точным адресам: МВД, КГБ, КПСС. Власть – враг, государство – враг, партия – враг, и настало время отомстить. Хуже всего приходилось "титушкам"-дружинникам.
Участники антисоветских бунтов не эмигрировали, не написали мемуаров, не стали всемирно известны. Да и не думали о таком. Из народной гущи ушли в замес с властью, оттуда в тюрьмы и лагеря. Потом вернулись в народ. Те, кто остался в живых.
Эти имена надо знать и помнить.
Назовем здесь нескольких, кто отдал жизнь в тех схватках. Муромляне Михаил Панибратцев, Сергей Денисов, Степан Мартынов. Александровец Константин Савасеев. Новочеркасцы Андрей Коркач, Александр Зайцев, Михаил Кузнецов, Борис Мокроусов, Сергей Сотников, Владимир Черепанов, Владимир Шуваев. Все до одного – казненные рабочие. Женщин расстреливали уже редко – александровская работница Зинаида Клочкова, активистка бунта, получила второй срок. Первый отбывала при Сталине.
Эти люди отнюдь не были святыми. Не были и диссидентами. Они не увлекались политикой. Но глубинно понимали смысл и суть жизни.
Человеческое достоинство против нечеловеческого режима. Время пришло повторить. И довести до Победы.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
