Можно вцепиться в детали. Ехидно задаться вопросом: какие же из действующих курсов проплачены злобными врагами? даже учебник по новейшей истории, написанный учителем Долуцким и запрещенный года три назад, был создан без малейших грантовых подпиток. Все остальные, проскользнувшие сквозь сито федеральной комиссии, и вовсе чисты, как совесть чекиста. Можно порыться в памяти и найти источник егерской метафоры - в газете «Правда» образца как раз тридцать седьмого года. (Дался им этот год! можно подумать, советская власть питалась кровью каких-то двенадцать месяцев...) Но лучше подавить в себе соблазн горизонтального спора, сиюминутной полемики. Отбросим мелочи, посмотрим с позиций той самой истории, которую все делят егеря и браконьеры. А уж потом вернемся в современность, но с другой, экономической стороны.
Встреча в Кремле - прямое продолжение процесса, о котором мы уже писали не раз - и не раз еще напишем. Путин собирается уйти. На четыре года или навсегда - не так уже и важно. И в ожидании ухода медленно и неуклонно преобразует политическую власть, административную мощь - в собственную историческую миссию, которая важнее любого третьего срока. Потому что не зависит привходящих обстоятельств. Отец гражданской нации, создаваемой сверху, верховный творец единого «русского мира» - недаром так был назван новосозданный фонд развития русского языка, патронируемый лично президентом. Гражданская нация невозможна без общего согласия о прошлом, настоящем и будущем. Не в мелочах, а в целом. Откуда мы, где наши корни? Что мы из себя представляем, каковы наши ценности? Куда мы движемся, каково обозримое будущее? Это согласие можно искать на путях открытой дискуссии, вовлекая умственные элиты в публичный содержательный разговор, подтягивая образованного обывателя, вовлекая его в дискуссию, и далее - транслируя вглубь народной массы. А можно предложить ответ извне. Единолично и самодержавно. Как была предложена уваровская формула имперской нации «Самодержавие-Православие-Народность». Николай Первый формулу утвердил, церковь подхватила для крестьянства, литераторы замкнули на мещан: «Рука Всевышнего Отечество спасла». Собственно, этим Путин и занят. Идеологическая часть его окружения - тоже. Они оттачивают определения. Потихоньку тестируют их на публике. И в конце концов поручат доверенным егерям обеспечить готовый консенсус. В школе, где формируется исходное сознание. В медиа, где поддерживается массовый образ реальности. И в бизнесе, где копятся средства на то и другое.
Уже сейчас, по отдельным намекам и легким пробросам, виден контур готовой, но не до конца проявленной идеологии. В будущем - высокотехнологичная нанодержава, поддерживаемая мощной ролью государства при относительной самостоятельности бизнеса и подотчетности, служебности медиа и гуманитарной науки. В настоящем - «суверенная демократия», точно соответствующая уровню развития общества, авторитарная ровно настолько, насколько большинство не готово к личной свободе и неотделимой от нее персональной ответственности за свою судьбу; страна, скрепленная жесткой вертикалью и поддержанная сырьевой конъюнктурой; страна госкорпораций, на которых держится вольный рынок. В прошлом - противоречивое, но неуклонное движение в рамках незыблемой «русской политической матрицы»; от разрозненности территории - к объединительному центру, от массы - к личности лидера; общее всегда важнее индивидуального, отдельное растворено в целом; русский мир объемлет всех россиян без деления на этносы и группы; объединяющий признак - русский язык. У нас были трагические срывы, но как правило, недолгие - и жертвенно направленные на самих себя; мы были, увы, мазохистами, зато садизмом не грешили никогда. Каяться перед миром особо не в чем; наши преступления, как правило, прямое и неизбежное следствие западных и восточных ошибок мировых империй; пакт Молотова-Риббентропа лишь техническое оформление мюнхенского сговора западных держав; развал СССР - главная геополитическая катастрофа 21 века; вокруг нас не враги, но конкуренты, и так будет до скончания века.
Разумеется, любая схема огрубляет замысел; наше изложение доктрины Путина этим тоже грешит; и все же вектор - именно таков. Он производен от гениальной, предельно идеологичной, невероятно политизированной концепции русской истории, некогда предложенной Карамзиным; вообще такое чувство, что карамзинизм неожиданно восстал из гроба и стал официальной версией событий.
Как относиться к этому? Вопрос. У либерала руки чешутся; хочется обрушиться со шквалом возражений; однако же соберем волю в кулак, остановим себя - и скажем по-другому. Доктрина как доктрина. Один из многих вариантов, подлежащих рассмотрению. И даже хорошо, что он есть. Потому что продуман и по-своему целен. Оппоненты не создали даже этого. Плохо другое. Школьное предание об историческом пути народа, равно как базовые ценности, живущие в сознании современников и примиряющие бедных и богатых, образованных и не слишком, меньшинство и большинство, давно уже не учреждаются директивно, по распоряжению верховной власти. Они рождаются из опыта общественной жизни, из предельно свободных дискуссий, из незаказанной литературы и неподконтрольного театра. Да, Кукольник обслуживал уваровскую триаду, а нацию-то сформировали Пушкин и Толстой. Которых либералами не назовешь. Но и правительственными консерваторами - тоже. Это люди свободной мысли и вольной жизни, сумевшие услышать безмолвное звучание народной правды - и преобразовать в открытый русский язык, в мифологию русской жизни.
Так что если формируемый сверху концепт станет началом, отправной точкой, из которой мы отправимся в свободное интеллектуальное плавание - исполать и спасибо. Что-то из этого концепта подтвердит свою жизнеспособность и войдет в итоговую «версию» подвижной легенды гражданской нации о самой себе. Если же это закон и прокрустово ложе - увольте. И в переносном, и в прямом смысле слова. Тогда государство в очередной раз окажется препятствием на пути саморазвивающегося общества, которое уже постепенно копит внутреннюю силу, но еще не раскрылось вовне. Тогда задачи, которые действительно будут стоять перед новыми поколениями, придут в полное противоречие с придуманной конструкцией. И либо поколения сломают конструкт об колено, либо колено придавит их к земле и сломает - хребет.
Впрочем, некоторые неизбежные следствия тотальной егерской философии общественной жизни уже наступили; не прошло и недели после кремлевской встречи. Госдума внесла поправки в законопроект об обязательном среднем образовании, второе чтение которого пройдет в начале июля. Тендеры на издание учебников отменяются; чиновникам позволят самим решать, какие издательства достойны печатать разрешенные учебники, а учителей лишат права использовать - хотя бы как дополнительные - пособия, не разрешенные славными егерями. То есть просвещенческий начальник становится распорядителем финансовых потоков, а учитель превращается в транслятора единственно верного круга идей, одобренных свыше. К чему приведет второе следствие, понятно. Творческим учителям будет худо, бездарным - весьма хорошо. А насчет первого... Рынок учебной литературы - это миллиарды. Тот, кто сможет раздавать заказы, станет миллионером. И случится то, что обычно случается в обществах победившей верхушечной идеологии: она окажется закваской новой коррупции. Сопоставимой с коррупцией строительной. (Кстати, Ю. М. Лужков вчера утвержден московским мэром; поздравляем столичных застройщиков.) И лишь немного не дотягивающей до коррупции сырьевой.
И не имеет ни малейшего значения, кто именно перезапустит механизм идеологического передела денежных потоков. Последний раз это сделал первый премьер Касьянов, который тогда еще не почитался исчадием американского ада, а вовсе даже был лучшим премьером новейшей эпохи. Он устроил разнос исторических учебников; списки разрешенных тут же были пересмотрены; количество комплектов сокращено до трех - и соответствующим образом выросла прибыль доверенных издателей. И крышующих чиновников. Теперь Касьянов придерживается новых взглядов, а система работает старая. Та, которую он запустил. Потому что по-другому не бывает.
Оригинал статьи опубликован на сайте www.rian.ru
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
