Перевернута последняя страница в истории существования одной из крупнейших некогда республик соцлагеря. Югославская федерация окончательно уходит в прошлое. 21 мая на прошедшем Референдуме по вопросу о суверенитете Черногории был дан вполне предсказуемый ответ – отныне Черногория и Сербия – различные государства. За размежевание высказались 55,6 % черногорцев. Результаты воскресного волеизъявления формально закрепили фактическое автономное сосуществование двух республик. Без ответа остается лишь вопрос о статусе края Косово.

Пройдя через ужасы гражданской войны, унесшей жизни около четырехсот тысяч граждан бывшей Югославии, жители Балкан начинают сложнейший процесс обретения новой государственности. Происходят процессы, во многом схожие с теми, что происходили на просторах бывшего СССР в начале девяностых годов прошлого века. Различия в национальных, конфессиональных, исторических компонентах – оборотная сторона медали, под названием империя.

Пример югославской катастрофы, с этническими чистками, массовым исходом беженцев, с разрушенными городами и селами – самый красноречивый ответ всем тем профессиональным патриотам, которых хлебом не корми, но дай покритиковать Горбачева и Ельцина за распад великой державы... Любой развод, будь-то в семье, в творческом коллективе или же в государстве – процесс болезненный. Правда, степень боли все же различная. И многое зависит от приоритетов, которыми руководствуется правящий класс. Что в критическую минуту важнее – жизни людей или некое абстрактное величие и личные амбиции политиков?

Глядя на то, чем закончились попытки югославских политиков и армейских начальников насильно удержать народы в рамках прежнего государственного порядка (во имя его же блага, разумеется), понимаешь, что при всех огрехах порвавшая с партноменклатурой постперестроечная элита была, все же, мудра. Попытка удержания бывших республик силой неминуемо привела бы к рекам крови, но все равно бы не сплотила бы республики. Свойство любой империи – неминуемый распад.

Пример Черногории, когда вопрос суверенитета решился на референдуме, поставил право наций на самоопределение выше принципа незыблемости границ. Можно смело предположить, что скоро речь о независимости может зайти уже на территории многих других непризнанных республик. Абхазия, Приднестровье, Южная Осетия наверняка захотят подобным образом добиться международного признания своих суверенитетов.

Нельзя исключать и того, что рано или поздно вопрос о возможной независимости будет поставлен и другими национальными республиками в составе России. Сейчас многие из них не воспринимаются россиянами как составные единицы страны. Можно сколько угодно показывать по федеральным телеканалам налаживающуюся мирную жизнь в Чечне, но это вряд ли способно преодолеть отчуждение между жителями Грозного и, допустим, Вологды. В сознании многих россиян любой чеченец, как, впрочем, и любой другой уроженец Северного Кавказа, представляется в образе врага.

В республиках царит нищета, вспыхивают межэтнические конфликты. А если вспомнить о насильственном характере включения Кавказа в состав российской империи, то вполне реально возникает возможность утраты Россией этих проблемных земель. В Кремле и на Старой площади эту угрозу прекрасно осознают. Только меры, избранные для обеспечения целостности, не отвечают задачам.

Усиливающаяся централизация, укрупнение регионов, изменение порядка выборности глав субъектов – вот тот набор мер, который пытаются противопоставить центробежным тенденциям политтехнологи Кремля. Им кажется, что достаточно поставить во главе трудного региона своего представителя, и сразу последует концентрация всей полноты власти в надежных руках, что и обеспечит стабильность. При этом не учитывается одного обстоятельства – на Кавказе лидер должен быть плоть от плоти достойным сыном своего народа.

Покровительства Кремля и даже профессиональной пригодности вполне хватает для должности, скажем, губернатора Самарской области, но еще недостаточно для легитимизации на Кавказе. В самом начале построения властной вертикали, из-за несогласий с федеральным руководством был вынужден уйти в отставку президент Ингушетии Руслан Аушев, пользующейся колоссальным доверием населения. На его место при поддержке администрации президента был протащен бывший сотрудник ФСБ Мурат Зязиков.

При упоминании этой фамилии вспоминается страшная трагедия в Беслане, когда у президента оказался выключен мобильный телефон. Также вспоминается другой некогда фаворит федеральной власти, президент Северной Осетии Александр Дзасохов, продемонстрировавший полную беспомощность в спасении заложников. А вот рассорившийся в свое время с Кремлем Руслан Аушев вывел из захваченной боевиками школы десятки заложников.

Назначенцы демонстрируют полную политическую несостоятельность, в то время, когда национальные республики разъедает ржавчина коррупции и нищеты. На полном серьезе обсуждаются идеи поглощения Адыгеи Краснодарским краем. Рамзан Кадыров предлагает объединить Чечню и Ингушетию. И нельзя сказать, что подобные инициативы однозначно отвергаются федеральными властями.

Все эти меры только катализируют центробежные тенденции. С аналогичным успехом можно попытаться потушить пожар при помощи бензина. Масла в огонь подливает фактическое безразличие, а иногда искреннее сочувствие к ксенофобским настроениям в России. "Россия для русских, русские идут", - с гордостью выкрикивают "патриоты". Спрашивается, а как быть этническим татарам, адыгам, башкирам, якутам – получается Россия не для них?!

Между тем, в день черногорского референдума исполнилось бы 85 лет величайшему ученому и общественному деятелю двадцатого века А.Д Сахарову. Многие помнят выступления академика на Съезде народных депутатов. Среди прочего, он предлагал во имя сохранения СССР реанимировать государство посредством преобразования в Федерацию. Но какой там... Нардепы освистали Андрея Дмитриевича, патологическое великодержавие и холуйское сознание не восприняли вполне рациональный проект.

Сегодняшняя власть – чекисты и бюрократы, задвинутые на второй план при Ельцине, пытаются предотвратить распад страны путем ликвидации федерации и образования унитарного государства, с клерикальными элементами . Тем самым, осознанно или нет, провоцируя сепаратистские настроения. И кто знает, не увидим ли мы через некоторое время интервью Путина, где на вопрос: Что стало с Россией? - наш сегодняшний гарант ответит: Она распалась...

Неусвоенные уроки недавнего прошлого чреваты трагическими потрясениями завтра. И ЦРУ, либералы, олигархи, здесь не при чем.

Анатолий Билянов

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter
Уважаемые читатели!
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция