Он о том, о сем: "Какие у вас в столице новости? Какая погода?" Я тоже коней не гоню: "Как супруга? Как Валя и Таня, родственники?" Он: "Какие отметки у внучки?"
Чувствую, темнит. Спросил прямо: "Зачем пожаловал?" Олежек и раскололся. Он тут надумал "Волгу" с производства снять. А ГАЗ, заводик всем известный, на грузовики да "Газели" сориентировать. И объявил по телеку городу и миру. Из Вашингтона - чтобы слышнее было. А ко мне пришел, значит, чтобы повыведать, повыспросить – какая реакция на его автомобильный демарш. Не обиделась ли, мол, высшая власть, не поняла ли как антипатриотический шаг, поругание традиций и символов? Объясняю ему: власти это по барабану, а вот меня, ты, Олежка, огорчил.
– Как так? – он расстроился даже.
– Машину жалко. Привык. Как теперь без них, без "Волг"? Начинает объяснять: мол, качество – сам знаешь, хуже не бывает, себестоимость чудовищная, дешевле 12 тысяч баксов продавать не можем. Да за эти деньги любой нормальный человек приличную иномарку купит. Так что, настоящее у "Волги" унылое, а будущего и вовсе никакого. Чувствую, он уже это в сотый раз проговаривает – скучно ему.
– Ты же, Питирим Игнатьич, – резюмирует, – человек экономически просвещенный, – ты же не предлагаешь опять таможенные пошлины задрать, чтобы коней наших железных народу сбыть?
– Вы, – говорю ему, – люди молодые, задорные. Вы так устроены, что для вас только и есть: настоящее и будущее. А ты, Олежек, будь глубже, вдумчивее, ты назад смотри!
– Как это – назад? – опешил он.
– А вот так! Знаешь, наверное: президент наш антикварную "Волгу" выписал, 56 года выпуска. То ли в комиссионке, по случаю, присмотрел, то ли подарили – точно не помню. Не тем голова занята. Гоняет на ней практически без охраны. Младшего Буша недавно катал, даже порулить дал.
– Ну, это я в курсе, – отвечает.
– А теперь представь. Чиновник наш на президента надышаться не может. Благоговеет, практически. Во всем абсолютно хочет походить – или хотя бы родство душ зафиксировать. А где это родство? Дзюдо – там падать больно. С размаху тебя хребтом об пол – кому понравится? Президент – человек потрясающе тактичный, на татами народ не погнал, сам встал на горные лыжи. Показался по телевизору. Они все себе горные лыжи понакупили и ботинки эти огромные – а там тоже падать больно! Остались только самые отчаянные... А тут – раритетный автомобиль. Общая и, можно сказать, безопасная страсть.
– Так-так-так, – вижу, начинает он соображать. Голова-то у него светлая: физфак с красным дипломом окончил. Практически, наш Билл Гейтс.
– Ты переводишь все производство на модель 1956 года. С оленем на капоте. Конвейер переналаживаешь... Представляешь, какой спрос будет? В очередь станут записываться. Как в советские времена! А чиновник наш, чуешь, не беден, ох, не беден! Не на скудную, скорбную зарплату существует. И расплодился он в последние годы – слов нет! Сотни тысяч чиновников под портретом Владимира Владимировича сидят и "Волги" твои вожделеют!
Олежек мгновенно врубился в ситуацию. Одно слово, топ-менеджер:
– Пока дефицит, пока мощности не нарастили, можно пару аукционов провернуть. Рому Абрамовича попрошу. Он человек не бедный, купит пару машин, обозначит верхний ценовой предел... Еще кое-кого...
– Да рвать они у тебя эти машины будут, рвать! И не за двенадцать тысяч. И не за двадцать!
– Да я, если так, вообще ручную сборку организую! Будут наши "Волги", как "Роллс-Ройсы", не дешевле!
Просто на лету все схватывает.
– Огромное тебе, Питирим Игнатьич! Cпасибо за богатую идею. Сам знаешь, за мной не заржавеет.
– Кстати, – втолковываю ему, – Попутно решаешь важную политическую задачу. Пересадить всех российских чиновников на отечественные автомобили. Немцов пробовал, сколько нервов потратил – не получилось. А ты сделаешь! Причем, вскользь, между делом. Тут и патриотизм, и сохранение отечественного автопрома в музейном первозданном виде, и все, что хочешь.
– Да, Питирим Игнатьич, отечественный автопром – дело тонкое. Тут принуждать нельзя, тут надо, чтобы добровольно и с песнями...
Вроде, закончили разговор. Я уже и Конституцию на нужной странице открыл, а он все сидит, не уходит. Мнется.
– Ну? – спрашиваю.
– Ты, Питирим Игнатьич, человек влиятельный. Может, по скромности даже сам не понимаешь, насколько. А раз так, – понизил он голос, – нельзя ли, чтобы наш президент самолет купил? В комиссионке? Или, может, мы ему подарим? Подберем тот, что возрастом постарше. ТУ-104 или ИЛ-18. Раритет. Он же на самолете, на истребителе то есть, летал... У нас дела алюминиевые, самолетные, а с этим всегда проблемы: то двигатель не тот, то шумит, то чадит, то салон тесноват. Продаются, честно скажу, туго. Конкуренция на мировом рынке. И на внутреннем. Поговоришь с кем надо, а?
– Олежек, – говорю, – на фига ему тот самолет? Он же не взлетит! От взлетной полосы не оторвется!
– Да, – говорит, – пожалуй. А как было бы здорово…
– А то!
Все события и персонажи являются вымыслом. Любые совпадения случайны.
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
